Мир

Нет согласия – нет секса

Поделиться:

 

 

 

В Дании левые партии, обладающие большинством в парламенте, решили изменить законы о сексуальном насилии, в соответствии с которыми секс без явного согласия будет квалифицироваться как изнасилование. Ожидается, что законодательные изменения будут утверждены до конца 2020 года. 

Датский журналист Эва Сельсинг (Eva Selsing) из издания Berlingske задалась вопросом, как это будет происходить? И пришла к поразительным выводам в своей статье, озаглавленной «Закон о согласии — смерть эротики?»

 

 

Нет согласия – нет сексаЗакон о согласии на секс априори превращают самую естественную и страстную встречу мужчины и женщины в потенциальное поле для преступления. Получается, что если нет четкого «да», значит, это изнасилование? Но что происходит, когда человек задает тот самый вопрос о согласии, и как вообще его задавать?

Совсем не обязательно, что гиперсексуальным девушкам и молодым женщинам, которые изо всех сил подражают Никки Минаж (Nicki Minaj) и Фие Лаурсен (Fie Laursen), пойдет на пользу то, что те, кто им нужен для удовлетворения своих потребностей, теперь могут просто ретироваться, боясь, что их обвинят в чем-то плохом после полового акта.

Нет согласия – нет секса

Может так произойти, что их «fuckboys» (sic!) в итоге предпочтут отказаться от него. Вот и приняли закон о согласии на секс. Я одновременно и за, и против. Но больше все-таки против. Я понимаю, что раньше тяжелое и несправедливое бремя доказывания лежало на жертве. И я понимаю, будет только во благо подчеркнуть добровольность и значимость независимого «да».

Но такой закон априори превращают самую естественную и страстную встречу мужчины и женщины в потенциальное поле для преступления.

Если нет четкого «да», значит, это изнасилование. Класс. В простейшем из миров это было бы круто.

Но эротика — это не просто. Это невероятно сложное явление. Оно живет где-то внутри нас, это своего рода тайна, которой мы делимся с ним или с ней, словно выражая доверие и включая человека в сферу своей преданности. Требование согласия может сгладить это чувство, снять с него налет загадочности и выстроить общественную стену посреди того, что иначе было бы абсолютно личным, возвышенным пространством.

Как законодательство повлияет на эту конкретную ситуацию? Что происходит, когда человек задает вопрос о согласии, и как вообще его задавать: устно или, что более рискованно, пытаться выяснить ответ с помощью каких-то звуков, прикосновений и движений? Чем больше мужчина хочет обезопасить себя, тем сильнее он должен сдерживаться и выражать свои намерения конкретно, тем самым делая себя непривлекательным для партнерши, если только она, конечно, не феминистка и не садистка, насколько эти понятия вообще можно разделить.

 

И женщина должна будет либо заставить себя прямо сказать «да, я готова», либо она рискует, что партнер будет чувствовать себя в небезопасности, сомневаясь, какие из поцелуев или прикосновений могут потом оказаться достаточными доказательствами в зале суда. Эта проблема, возможно, теперь станет постоянно отягощать сознание обоих партнеров.

Нет согласия – нет секса

А как меняется ваше отношение к партнеру, если вы должны думать о нем как потенциальном насильнике или истце? Женщины, которые отдаются, вероятно, пытаются вообще об этом не думать. Они не готовы включаться в юридическую и техническую сторону ситуации. Вместо этого они заняты самим моментом, другим человеком. Если женщина отказывается говорить однозначное «да» — надо ли это воспринимать как «нет»?

И нужно ли это понимать, как то, что она соглашается на что-то против воли? Конечно же нет! Так могут рассуждать только люди, которые сами никогда не испытали, каким деликатным может быть первый танец чувств между мужчиной и женщиной.

Эротическое взаимодействие — это симфония, посреди которой вопрос о согласии звучит словно корабельная сирена.

К сожалению, это беспокоит только тех, кто действительно любит музыку. Но таких людей мало в этой толпе, которая требует закона (причем, возможно, просто предпочитая власть интимной близости. Сомневаюсь.

Нет согласия – нет секса

Тем не менее нечто положительное, по крайне мере в самой изначальной идее закона о согласии на секс, все же есть. И это очень символично. Мы как общество хотим заявить, что женщины и мужчины, которые не согласны на что-то или находятся в состоянии, которое не позволяет им принять какое-то решение, не должны вовлекаться в половой акт. Это норма, которую мы хотим закрепить и защищать.

Но какова цена этого закона, ведь всему есть цена?

Вероятно, молодые (да и пожилые) мужчины станут более осторожными в сексуальных отношениях. И это вполне понятно. Половой акт теперь рискует в будущем закончиться судебным процессом. Вы на это готовы?

Совсем не обязательно, что гиперсексуальным девушкам и молодым женщинам, которые изо всех сил подражают Никки Минаж (Nicki Minaj) и Фие Лаурсен (Fie Laursen), пойдет на пользу то, что те, кто им нужен для удовлетворения своих потребностей, теперь могут просто ретироваться, боясь, что их обвинят в чем-то плохом после полового акта.

Но будем надеяться на лучшее. Иначе придется им с подругами довольствоваться достижениями в тверке и со всеми своими правами быть предельно готовыми ко всему в TikTok. Наслаждайтесь, дамы.

 

 

Войти с помощью: 
Подписаться
Уведомление о
guest
0 Комментарий
Встроенные отзывы
Посмотреть все комментарии