Мир

Евгений Трифонов: “Китайский вирус и американская обида”

Поделиться:

Ещё не забыта многомесячная торговая война между США и Китаем, а президент Трамп обвиняет Поднебесную в смертном грехе – сокрытии информации о COVID-19 и грозит взыскать с неё издержки, понесённые американской экономикой и обществом в результате пандемии. Учитывая масштабы коронавирусного бедствия, поразившего Америку, речь может идти о сотнях миллиардов долларов.

 

 

Евг.Трифонов: «Что ж тогда вы делали?..» Или что ждет нас после пандемииОставим споры о том, был ли действительно вирус взращён в Уханьской лаборатории, как утверждает Трамп. Но доказанный факт, что первые заражённые прибыли в Европу ещё до того, как Китай официально заявил о новом вирусе, свидетельствует о том, что Китаю есть что скрывать. Как и загадочные исчезновения медиков Цай Вэя, Чэнь Мэя и как минимум трёх журналистов из Уханя, где началась эпидемия, а также нежелание китайских властей пускать иностранных эпидемиологов в злосчастный уханьский вирусный центр.

Однако угрозы, высказанные президентом Трампом в адрес Пекина, столь серьёзны, что кажутся чрезмерными. Даже учитывая известный факт, что первое лицо США редко стесняется в выборе выражений. Некоторые наблюдатели связывают это с опасениями американского лидера, что Китай, уже выходящий из коронакризиса, первым восстановит свою экономику и, пока США и мир в целом сражаются с уханьской заразой, захватит лидерство на рынках.

Как ни отдаёт эта версия конспирологией, рациональное зерно в неё есть. Давайте посмотрим на всю картину издалека. Ещё до прихода в Белый дом Трамп обещал американцам «разобраться» с Китаем, набиравшим, по его (и не только его) мнению, слишком большую силу в мире. Недоверие Запада к Китаю основано на простой вещи – его чуждости. Китай отверг западную, демократическую и рыночную модель в пользу авторитарной и госкапиталистической. И, к сугубому недовольству Запада, много лет демонстрировал успешность этой модели.

Евгений Трифонов: "Китайский вирус и американская обида"На протяжении двух с лишним десятилетий китайская модель был относительно «мягкой», с элементами политического и экономического либерализма. Американцы и европейцы надеялись, что со временем эти тенденции возобладают, но всё вышло иначе. Но в 2013 г. председателем КНР стал Си Цзиньпин, отбросивший ограничение власти первого лица государства 10-ю годами, действовавшего с 1980 г. Он покончил с дэнсяопиновской «оттепелью», растянувшейся на четверть века, вернулся к жёсткому маоизму, предельно ужесточил давление на недовольных и национальные меньшинства и первым в мире ввёл систему тотального цифрового контроля над населением. В Вашингтоне поняли, что Китай прекратил сближение с Западом, и американские политики насторожились.

В конце 2017 г. США начали торговую войну с Китаем, введя пошлины на китайские товары. Китай предпринял ответные шаги, и два года мир следил за битвой гигантов. Обе стороны изо всех сил пытались привлечь на свою сторону другие страны, но те в большинстве своём держали нейтралитет.

Пока шла Торговая война с американцами, Си Цзиньпин неожиданно получил ряд тяжелейших ударов в собственно «китайском мире» – за пределами КНР, но на территориях, населённых китайцами. В 2019 г. жители Гонконга, в ответ на попытку принять закон о выдаче Китаю тех, кого он потребует выдать, устроили многомесячные беспорядки, а потом на выборах даже не победили прокоммунистических кандидатов, а просто разнесли их в пух и прах. Откровенные угрозы военного вторжения гонконгцев не испугали, а, наоборот, раззадорили. Товарищ Си отступил. А буквально через несколько месяцев прошли выборы на Тайване – и там повторилось то же самое. И тоже Пекин угрожал военным вторжением, и снова бряцание оружием произвело обратный эффект. И вновь грозный Си отступил. А ведь голосование гонконгцев и тайваньцев, если не отражает (хотя бы частично) настроения китайского «глубинного народа», то уж точно на них влияет. Нам, далёким от Китая, трудно себе представить, насколько Си Цзиньпин и китайская элиты были потрясены и деморализованы поражениями в Гонконге и Тайване. Но!

Евгений Трифонов: "Китайский вирус и американская обида"Торговая война продолжалась, и ещё в первых числах января 2020 г. многочисленные российские и большинство европейских комментаторов (не говоря об арабских и латиноамериканских) наперебой рассказывали, что США вот-вот сдастся, что у них нет никаких шансов – закрывая глаза на то, что китайские нефтяные компании вдруг тихо ушли из Ирана – сразу после того, как американцы ввели санкции ко всем, кто торгует иранской нефтью. Почему-то на это мало кто обратил внимание.

И тут грянуло американо-китайское соглашение 15 января, закончившее Торговую войну. Ошеломлённое человечество узнало, что великий и могучий Китай, которому чуть не все дружно пророчили победу, полностью капитулировал и признал – нет, не только все условия, выдвигавшиеся Вашингтоном в начале конфликта, а гораздо более жёсткие требования. Используя лексику, применявшуюся некоторыми горе-политологами, предвкушавшими полную победу председателя Си над «рыжим клоуном», американцы порвали Китай, как Тузик грелку.

Лето 2019 – зима 2020 гг. стало для Китая периодом поражений, беспрецедентных по масштабам со времён захвата Камбоджи Вьетнамом и Китайско-вьетнамской войны 1979 г., а январь 2020 г. для Америки – настоящим триумфом.

Но триумф вдруг начал тускнеть и закатываться. Китай, после периода растерянности и попыток скрыть масштабы эпидемии COVID-19, мобилизовался – и первым вышел из кризиса. А США – наоборот, продолжают погружаться в его пучину. Американское общество вообще менее дисциплинировано, чем китайское, к тому же госструктуры ослаблены конфликтами между демократами и республиканцами и между федеральной властью и штатами. Китай уже почти восстановился, а США то ли выходят, то ли только готовятся к выходу на пресловутое «плато». Количество заболевших и умерших от вируса с США во много раз больше, чем в Китае (если даже китайские цифры ложные, это не имеет значения, поскольку факт выхода Китая из пандемии не вызывает сомнения, а его города и сёла не опустели).

Евгений Трифонов: "Китайский вирус и американская обида"

 

Понятно, что у американцев, и в первую очередь Трампа, эта ситуация вызывает чувство горечи и несправедливости. Представьте себе, какую огромную работу провели американские чиновники, консультанты, учёные и бизнесмены, чтобы завалить такого слона, как Китай! И вдруг – всё насмарку. Блестящая победа, ошеломившая мир (во всяком случае, мировой бизнес и экспертов) вдруг оборачивается поражением. И всё из-за какого-то поганого вируса, да ещё явившегося в мир не откуда-то, а из Китая – ну как тут не заподозрить китайцев в эдаком асимметричном ответе! В конце концов, Трамп и мощная когорта американцев, ведшая Торговую войну – тоже люди, и ничто человеческое им не чуждо. Примерно так же чувствовал себя Александр Македонский, когда тропическая лихорадка заставила его отказаться от завоевания Индии.

Конечно, американцы опасаются попытки реванша Китая на мировых рынках в результате пандемии.  Хотя, после поражения в Торговой войне, ослабления союзных Пекину Ирана и Венесуэлы и экономических трудностей в России, Си Цзиньпин, скорее всего, будет более осторожен в отношениях с США, чем прежде. Но в любом случае психологические причины новой американской атаки против Китая не вызывают сомнений.

Евгений Трифонов: "Китайский вирус и американская обида"

 

Такой серии колоссальных провалов во внешней политике (хотя Гонконг и Тайвань – политика не совсем внешняя) Китай не знал со времени захвата Камбоджи Вьетнамом и неудачной Вьетнамо-китайской войны 1979 г.

И тут – коронавирус и трагедия доктора Ли Вэньляна. Внешние провалы стали детонатором провала внутреннего. Китайцы, как и все народы мира (а имперские – особенно) не переносят правителей-неудачников. А уж если они пытаются заткнуть всем рты – тем более.

Реакция властей провинции Хубэй на первые случаи COVID-19, которая оказалась роковой, не была аномалией. Напротив, она являлась неотъемлемой частью китайской системы регионально децентрализованного авторитаризма. Власти провинции поначалу колебались — и даже не верили в произошедшее — потому что они не хотели, чтобы создавалось впечатление, что они не умеют руководить вверенным им участком. Из-за этого были склонны передавать в центр как можно меньше информации о непонятных инфекциях. Только когда проблема стала слишком очевидной, чтобы ее можно было скрыть, правда стала пробиваться наверх.

0 0 vote
Article Rating
Войти с помощью: 
Подписаться
Уведомление о
guest
0 Комментарий
Встроенные отзывы
Посмотреть все комментарии