Мир

Ультралиберальная модель госуправления в Бразилии рушится

Поделиться:

Пандемия COVID-19 нанесла сильнейшие удары по всем странам. Её последствия будут ещё долго изучать, и многие из них окажутся неожиданными. Но уже сегодня можно сделать вывод, что свирепый китайский вирус разрушил правый ультралиберальный эксперимент, начавшийся 1 января 2019 г. в Бразилии. Эта тема важна потому, что Бразилия занимает 5-е место в мире по территории, 6-е – по численности населения, 7-е по ВВП, рассчитанному по паритету покупательной способности и 9-е по номинальному размеру ВНП.

 

Немного предыстории

Ультралиберальная модель госуправления в Бразилии рушитсяС 2002 по 2017 г. в Бразилии у власти находились левые президенты Инасио Лула да Силва и Дилма Русеф, проводившие сильную социальную политику, но управлявшие страной при помощи давления на бизнес, коррупционных сделок и закулисных политических торгов. Обложив экономику высокими легальными налогами и ещё более высокими нелегальными поборами, правительства Лулы и Русеф спровоцировали процесс деиндустрализации Бразилии, в 1970-80-е гг. добившейся значительных успехов в экономическом развитии.

Перед выборами Лула обещал национализировать крупную собственность, сделать общественный (т.е. самоуправляющийся и кооперативный) сектор господствующим в экономике, раздать землю крестьянам и т.д. Но бразильская элита не побоялась победы «страшного коммуниста» Лулы. Почему? Да потому, что президент-марксист никаких реформ проводить не собирался. Задолго до избирательного триумфа Лула гарантировал представителям элиты, что им бояться нечего и никакого коммунизма он вводить не будет. И свое слово он сдержал.

Открытие огромных нефтяных месторождений позволило Бразилии, страдавшей от нехватки углеводородов, превратиться в их нетто-экспортера. Благоприятная внешнеторговая конъюнктура и перераспределение доходов (налоги на богатых существенно увеличились) позволили Луле значительно снизить уровень бедности: количество живущих ниже черты бедности за 2002-2013 гг. упало с 49 до 21%, безработных – с 12 до 5%, а покупательная способность трудящихся за этот период выросла на 27% (Экономический вестник о вопросах переходной экономики Beyond Transition, Апрель-июнь 2005 г. № 6).  Левый президент успешно выполнял свои обязательства как перед бразильскими трудящимися, так и перед элитой, которым сохранили «теплые местечки».

Ультралиберальная модель госуправления в Бразилии рушитсяВ общем, при правлении Лулы (он правил два срока – с 2002 по 2010 г.) в Бразилии все было прекрасно: экономика росла, зарплаты увеличивались, бедность уменьшалась, а чиновники привычно воровали и брали взятки. Однако Лула и его команда, искореняя бедность, не обращали внимания на продолжающееся технологическое отставание Бразилии.

 

 

Кризис 2014 и его последствия

Дилма Русеф, соратница Лулы, возглавившая страну в 2010-м, продолжила политику Лулы, и до кризиса 2014 г. все шло хорошо. Но потом в стране вновь начала расти бедность. В 2015 г. падение ВВП составило 3,8% – это худший результат с 1981 г. Инфляция в 2015 г. превысила 10,6%, курс бразильского реала снизился на треть, а бюджетный дефицит вырос до рекордных 10,3% ВВП, госдолг составил 66,2% от ВВП, а фондовый рынок потерял 13,3%. Агентство S&P перевело страну в спекулятивную группу (Александр Артемьев, Олег Макаров, Мархулия Екатерина «Во имя Бразилии: за что отстранили от власти президента Дилму Руссефф, РБК, 12 мая 2016).

 

Ультралиберальная модель госуправления в Бразилии рушится

 

С начала 1980-х гг. в Бразилии росла преступность. В 1990-е она превратилась в мощный фактор, заставляющий благополучных бразильцев задумываться об эмиграции. Преступность мешает инвестициям: Бразилия, располагающая гигантскими перспективами для туризма, привлекает туристов меньше, чем Турция или Хорватия. Что неудивительно: туристов порой грабят прямо в международных аэропортах. Левое правительство передало огромные земли индейским племенам, но не смогло предотвратить захват власти в новых резервациях вождями, связанными с мафией. В резервациях убивают протестующих против криминального засилья, идет крупномасштабная нелегальная добыча золота, алмазов, варварски вырубаются ценные породы деревьев – и власти ничего не делают, чтобы все это прекратить. Деиндустриализация увеличила территориальные диспропорции в развитии страны: ВВП на душу населения в самом бедном штате – Мараньяне – в 5 раз меньше, чем в Рио-де-Жанейро.

Еще одна законодательная инициатива левых – «позитивная дискриминация» – обернулась катастрофой для бразильского образования и стала тормозом для экономики. Она заставляет вузы и госсектор иметь в штате и в студенческой среде белых, цветных, азиатов и индейцев пропорционально тому, сколько числится таковыми в соответствии с переписью населения. При этом цветным отдается больше мест, чем белым. «Позитивная дискриминация» не дает возможности учиться и работать способным ребятам и девушкам, не пролезающим в расовые квоты, зато позволяет числиться в вузах и конторах массам бездельников. Дело доходило до скандальных отчислений студентов и увольнений госслужащих, приписавших себе наличие негритянской или индейской крови для того, чтобы поступить в вуз или получить желаемую работу. Мало того, что сама по себе процедура доказательства того, что ты – не белый, оскорбительна; «позитивная дискриминация» породила волну доносительства и циничных расследований, правда ли была ли чья-то прабабушка мулаткой или метиской.

 

Ультралиберальная модель госуправления в Бразилии рушится

 

Правый крен 

В начале 2016 г. Бразилию охватила волна массовых протестов против Олимпиады: граждане считали, что в условиях кризиса тратить деньги на спортивное веселье нельзя. Русеф подавила протесты силой и все-таки провела Олимпиаду, не принесшую бразильцам ничего, кроме разочарования. После этого от президента окончательно отвернулись не только средние слои населения, но и трудящиеся. 31 августа 2016 г. Конгресс Бразилии объявил президенту импичмент, и никто не вышел на ее защиту. Зато начали набирать силу правые движения: сильной фигурой в политике стал правый популист, воспевающий успехи военного режима, отставной офицер Жаир Болсонару. Он успешно спекулировал на ностальгии бразильцев по таким историческим персонажам, как глава репрессивных органов 1930-40-х гг. Филинто Мюллер и отчаянный полицейский комиссар 1970-х Сержиу Флеури, убивавший и пытавший мафиози.

Десантник считал, что необходимо продать госпакеты всех предприятий, приватизировать дороги, порты и аэропорты – это должно было принести в бюджет сотни миллиардов и сократить госаппарат. Он предложил самозанятым, а это четверть бразильцев, регистрироваться за символические деньги, получать лицензии и избавиться таким образом от приставаний налоговиков и полиции. До сих пор в этой стране любой бизнес, даже самый мелкий, надо было регистрировать в нескольких инстанциях, платить налоги и МРОТ работникам, отчисления в пенсионные фонды, медстраховку и т.д. Понятно, что у торговца бананами из собственного сада, владельца старого грузовичка или студента, ваяющего компьютерные программы в чулане, нет ни времени, ни денег на все это. А значит, работают они нелегально. И за ними следит полиция, судебные приставы и налоговики. Болсонару говорил: денег у государства нет – все украдено марксистами за 15 лет правления. Помочь вам нечем, но хотя бы мешать не будем, зарабатывайте, не можете платить МРОТ своим детям за помощь в хозяйстве – сами с ними как-нибудь разберетесь, никто лезть не будет. Стартаперам будут предоставляться места в технопарках: комната с электричеством и водой за минимальную арендную плату.

Ультралиберальная модель госуправления в Бразилии рушитсяЗа Болсонару пошли массовые молодёжные движения («Свободная Бразилия», «Бунтари онлайн» и «Выйди на улицу»), боровшиеся в первую очередь против олимпиады и чемпионата мира по футболу (они и свергли Дилму Русеф). Они использовали яркие лозунги: «Япония, меняю свой футбол на твоё образование», «Мы хотим иметь больницы со стандартами ФИФА», «Хороший учитель – важнее, чем Неймар». Во главе их стоят молодые ребята, отвергающие любое покровительство политиков, не берущие денег ни у олигархов, ни у чиновников. Лидер «Свободной Бразилии» Ким Катагури был объявлен ООН «самым влиятельным несовершеннолетним в мире». В его команде – выходцы из самых разных национальных, социальных, расовых и религиозных групп. Необычно, что молодежные движения выступают за традиционные христианские ценности, за институт семьи и против однополых браков.

 

 

 

Рефлексия среднего класса

Бразилия качнулась вправо. В 2019 г. Болсонару победил на президентских выборах. Социалистический эксперимент в Бразилии закончился. Левые СМИ всего мира называют Болсонару «фашистом», расистом, женоненавистником и гомофобом. Однако все намного сложнее, хотя бывший десантник действительно не воздержан на язык (говоря прямо – хамоват).

Ультралиберальная модель госуправления в Бразилии рушитсяБолсонару – отражение рефлексии бразильского среднего класса, которому надоела левая демагогия, коррупция, бесхозяйственность, непрофессионализм, бюрократизм и нелепые геополитические амбиции (Лула обхаживал Иран, палестинцев и Чавеса в наивной надежде, что они продавят Бразилию в постоянные члены Совета Безопасности ООН). Президент-десантник – это реакция на олимпиаду и чемпионат мира по футболу, на дичайший уровень преступности, на «позитивную дискриминацию», на выделение земель якобы индейцам, а на деле – преступным группировкам.

Казалось, что Болсонару получил карт-бланш – и инвестиции хлынут в страну, где много диких обезьян, бурным потоком, коррупционеры сбегут за границу, преступников, как в достославные 1970-е, отстреляет полиция, а бомжи и безземельные крестьяне откроют стартапы и заживут счастливо. Но выяснилось, что всё не так просто: Бразилия – демократическая страна, к тому же её штаты имеют даже большую автономию, чем в США. А в штатах в основном остались у власти старые элиты, не намеренные ничего менять. Инвесторы говорили добрые слова о Бразилии, но не спешили вкладываться, объясняя в частных разговорах: не хотим, чтобы обвинили в симпатиях к фашисту. Продажу госпакетов акций предприятий (в первую очередь Petrobras), урезание социальных пакетов и пенсий сенат благополучно провалил. Облегчить регистрацию нового бизнеса и снизить налоги оказалось невозможно из-за сопротивления штатов и муниципалитетов – налоги с «мелочи» собираются ими. Уничтожить власть мафии в индейских резервациях тоже не получилось: в США, Европе и в самой Бразилии началась кампания по защите индейцев, в которой участвовали как честные правозащитники, так и купленные агенты мафии. Точно так же провалилась попытка ликвидировать «позитивную дискриминацию»: ассоциации цветного населения, сильные во многих штатах, добились её сохранения (удалось только смягчить её в некоторых штатах Юга).

Ультралиберальная модель госуправления в Бразилии рушитсяВ течение первого года правления президент-десантник не сумел сделать практически ничего. «Тропический Трамп», как называет себя Болсонару, не имеет в стране такой поддержки, как Трамп настоящий: за десантным капитаном не стоят такие сильные финансово-промышленные группы, как за Трампом, а белый и протестантский средний класс, многочисленный в США, в Бразилии гораздо малочисленнее и слабее. Он смог на волне недовольства левыми привести Болсонару в президентское кресло, но проталкивать его законодательные инициативы молодёжные движения не сумели. Да они и начали рассасываться, видя неспособность президента что-то сделать.

Болсонару – военный, причём невысокого звания. Он и мыслит, как военный: реагировать быстро и ситуационно, не задумываясь. К огромной и очень сложной стране он относится, как к десантной роте, но управлять громадной махиной, как сотней солдат, невозможно. Болсонару явно не хватает компетенций – он был скандальным депутатом, но говорить с трибуны – не управлять. Кроме того, дружная ненависть со стороны европейской и американской (антитрамповской) элиты оказалась гораздо сильнее, чем рассчитывал Болсонару, въезжая во дворец Планалту: оказалось, что эмоции заокеанских политиков сильно влияют и на экономику, и на политику в Бразилии.

 

 

 

Пандемия 2020

Ультралиберальная модель госуправления в Бразилии рушитсяА потом началась пандемия и одновременно падение цен на нефть. Бразильская нефть добывается на шельфе из самых глубоких в мире скважин, т.е. она – самая дорогая в мире. После ссоры России с Саудовской Аравией именно бразильская нефть первой стала никому не нужной.

С пандемией у Болсонару получается совсем плохо. Он оказался в компании коронаскептиков, долгое время насмехаясь над вирусом и отвергая предложения ввести карантин. Крупнейший новостной портал Бразилии G1 заявил, что под давлением президентской администрации Минздрав страны занижает число заболевших аж втрое. Отдельные штаты немедленно начали вводить карантин вопреки мнению президента. А Болсонару не придумал ничего лучше, как отправить в отставку министра здравоохранения Луиса Мандетту и организовать митинг в собственную поддержку: 3 мая огромные толпы запрудили центральную часть столицы, после чего заболеваемость в городе резко пошла вверх.

Митинг проводился не только против карантинных мер, но и против бывшего министра юстиции Сержио Моро – судьи, засадившего в тюрьму экс-президента Лулу и массу высокопоставленных коррупционеров. Моро считался ключевой фигурой антикоррупционной борьбы – и 23 апреля он ушёл в отставку. Уходя, Моро выдвинул против Болсонару обвинения в подлоге и подделке подписей, вмешательстве в деятельность Верховного суда и Федеральной полиции. После этого генеральный прокурор Аугусто Арас направил в Верховный суд прошение о расследовании в отношении главы государства. Верховный суд рассмотрел прошение и дал ему ход. Импичмент поддержали не только левые силы, сохранившие влияние в стране, но и Социал-либеральная партия самого Болсонару.

Болсонару будет очень трудно избежать импичмента: процесс пока идёт медленно только из-за взаимной ненависти правых и левых партий, хотя они едины в стремлении убрать президента-десантника. Против Болсонару играет и стремительное падение его рейтинга: по данным аналитического центра Atlas Politico 64% бразильцев негативно относятся к деятельности Болсонаро и 54% поддерживают его импичмент, и только 37% «против». Верили президенту в первых числах мая только 20% опрошенных  (CNTTL – Confederação Nacional dos Trabalhadores em Transportes e Logística. Assessoria de ImprensaBolsonaro tem rejeição de 64%, aponta pesquisa Atlas Político, 27/04/2020).  Это разительно отличается от «коронавирусного» роста популярности таких политиков, как Дональд Трамп, Ангела Меркель, Борис Джонсон, Эмманюэль Макрон и Педро Санчес.

Ультралиберальная модель госуправления в Бразилии рушитсяПохоже, ультралибреальная модель в Бразилии рушится, не успев заработать. Из Жаира Болсонару не получилось ни Рональда Рейгана, ни Маргарет Тэтчер, ни Дональда Трампа. То ли XXI век – не 1980-е, то ли стране, которую называют «Зелёным континентом», не подходит англосаксонская модель. Во всяком случае экономистам и социологам предстоит выяснить, почему в потенциально богатой Бразилии с образованным населением, большими природными богатствами и развитой экономикой последовательно провалились военно-этатистская модель 1965-85 гг., социал-либеральная 1986-2002 гг., левосоциалистическая 2003-2016 гг., и теперь ещё суперлибрельная.

 

 

 

Войти с помощью: 
Подписаться
Уведомление о
guest
0 Комментарий
Встроенные отзывы
Посмотреть все комментарии