Интервью

Живая душа графики

Поделиться:

Сегодня настало время графики, живопись отходит на второй план, – считает Ольга Гражданкина, челябинский художник-график, основатель единственной в городе профессиональной граверной мастерской. Речь не идет о компьютерной графике, которую мастер называет, «мертвым» искусством в отличие от гравюры, ведь ее художник вырезает своими руками. Наш собкор Анастасия Свиридова узнала, почему графика вытеснила живопись и какие гравюры выбирают челябинцы сегодня…

ВОПРОС: Ольга, вы руководитель единственной в Челябинске мастерской по различным печатным техникам, включая линогравюру и ксилографию. Расскажите, как появилась такая мастерская?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: С одной стороны, со стечением обстоятельств. Я отучилась на графика, я художник-график. Когда вернулась в Челябинск (Ольга окончила сначала челябинское художественное училище, а потом Красноярский государственный художественный институт, отделение графики), поняла, что здесь это не развито. Художников-графиков много, а активной деятельности нет: ни фестивалей, ни мастер-классов. Само собой, получилась такая ситуация, что городу нужна была мастерская, мне — творческая реализация. И я начала потихоньку организовывать такое место. В создании мастерской мне очень помог молодежный форум «Таврида», где я выиграла грант. На эти средства я смогла докупить оборудование для занятий художников: столы, штихеля (стальной резец, который применяется для гравирования — прим. автора), офортный шкаф, который «прикрывает» травление, происходящее в процессе гравировки по металлу, так просто на коленях это не сделать. И людям интересно, и мне.

ВОПРОС: Работа в разных техниках в общих чертах похожа или отличается друг от друга?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Направления гравюры кардинально отличаются, по каждой из них необходимо отдельно учиться. Кто у меня занимается, обучаются 4 года, и каждый семестр осваивают новую технику.

ВОПРОС: Много желающих?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Пока (тьфу-тьфу — смеется Ольга) люди набираются без помощи рекламы. Недавно мы отмечали Новый год в мастерской и беседовали с девочками. Они говорят, что давно мечтали о появлении такого пространства, потому что не было не то, что таких площадок, художественных вузов. И сейчас их нет ни в Челябинске, ни в Екатеринбурге, только отдельные факультеты. Даже если у нас есть художественное училище, этого недостаточно. Окончив его, люди хотят дальше графикой заниматься, а места, где этому учиться нет, преподавателей нет, к сожалению, на коленке такие знания не получить. В художественных вузах учатся 6 лет, потом поступают в мастерские и продолжают свое обучение. Я вот в свободном плавании уже 4 года и продолжаю осваивать новые техники. Последний раз я ездила в Пиранези LAB в Москву, изучала шелкографию, потому что ее в нашем институте не было, мне необходимо было проработать эту тему. Нужно постоянно развиваться. Например, если побывать на стажировке в Японии, привычная ксилография раскроется совсем по-другому, потому что советская школа и искусство страны восходящего солнца абсолютно разные. Важно делиться своими знаниями, распространять их. Поэтому сейчас у меня есть три группы учеников.

ВОПРОС: Людей какого возраста обучаете? Это взрослые, или дети тоже могут пробовать себя в гравюре?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Занятия рассчитаны на взрослых людей, в основном, выпускников художественных училищ, после факультетов, связанных с искусством, с дизайном, потому что работа с гравюрой — травмоопасна.

ВОПРОС: В чем опасность?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Во-первых, мы работаем со штихелями, с резаками, так как гравюра вырезается острыми инструментами, которые необходимо уметь правильно держать. Во-вторых, процесс подготовки к гравировке выглядит довольно опасно. Ту же доску для ксилографии нужно распилить, зашлифовать — то есть вещи такие, которыми дети попросту не занимаются. Самое простое — это линолеум. Недавно я проводила мастер-класс для художественной школы в рамках просветительского проекта. Они заготовили картон (работа с ним менее травмоопасна), и приходили, печатали. В самой печати никаких сложностей нет.

ВОПРОС: Расскажите о линогравюре. Наверное, одна из самых необычных техник. Когда появилось это направление?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Как только появился сам линолеум. Это обыкновенное декоративное покрытие, которое стелется как украшение пола. Как только на рубеже девятнадцатого и двадцатого веков был изобретен такой материал, на него сразу же обратили внимание художники. В Германии была такая группа «Мост», которая в 1905 году изготовила первые плакаты в такой технике. Новый материал быстро завоевал популярность, поскольку изготовление крупных форматов, например, из дерева отнимает много сил и времени. Немцы поняли, что работать с линолеумом гораздо проще, а штихеля можно использовать те же самые, что и для резки по дереву. Это уже позже инструменты модифицировались, сейчас их выпускают отдельно под каждую технику. Одно время мастера использовали специальный художественный линолеум, но сейчас он стал неудобен, так как изготавливается по старинным рецептам и быстро портится. Для гравюры, конечно, не каждый линолеум подходит, мы используем гомогенный — он создается по современным технологиям и отлично хранится. Вообще, конечно, линогравюра — один из самых популярных видов гравюр. Дизайнеры ее очень любят.

ВОПРОС: Сегодня же можно все это сделать при помощи специальных компьютерных программ, останется только распечатать. Зачем все усложнять и делать вручную?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Сегодня имитацию под линогравюру можно сделать в фотошопе, но это всегда будет только имитация, это нельзя будет назвать живой техникой.

ВОПРОС: В чем отличие между имитацией и как вы говорите «живой» гравюрой?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: В «живой» гравюре есть своя фактура, порой бывают какие-то недопечатанные вещи, но они наоборот подчеркивают уникальность произведения. Например, картонографию вообще нереально изобразить в каких-либо компьютерных редакторах. У ручной работы есть душа, она делится с окружающими выразительными средствами, выражает индивидуальность художника.

ВОПРОС: Получается, несмотря на то, что мы постоянно твердим о компьютеризации, цифровизации, ценность искусства в его создателе?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Да, поэтому оно «живое», популярное и дорогое в цене, то есть ручная работа больше ценится и в денежном эквиваленте.

ВОПРОС: Какая техника считается самой сложной?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Они все разные, так трудно сказать. Какая-то из них легче в печати, какая-то — в гравировке, к какой-то проще подготовить эскизы. Но благодаря современным технологиям, сегодня есть возможность некоторые зарисовки поправить на компьютере. Например, когда мы работаем с цветной печатью: каждый цвет — это отдельная доска, но мы можем разложить палитру также на экране. Это упрощает процесс, но не меняет его кардинально, поэтому в домашних условиях, допустим, изготовить гравюру невозможно.

ВОПРОС: То есть нужны особые станки, необходимо особое оборудование для работы?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: У нас самый распространенный советский станок 60-ых годов. Такие сначала хранились только в художественном фонде, а значит, получить их могли только художники. У одного из советских мастеров я перекупила такой аппарат. Сам станок называется офортный, но на нем можно печатать практически все (не очень толстое). На нем мы делаем линогравюру, картон, офорт, а вот для ксилогравюры необходим специальный пресс. У нас такого оборудования пока нет, мы печатаем ложкой.

ВОПРОС: Ложкой? Обыкновенной ложкой?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Да, обычная ложка, которой мы едим. Это нормальная практика — каждого художника-графика всегда есть в запасе ложка.

ВОПРОС: Насколько популярна гравюра в Челябинске?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: В Челябинске пока вообще не популярна. У нас лишь тонкая прослойка людей интересующихся. Вообще, Челябинск тяжелый город в плане искусства, походов в театры, на концерты. Но у нас есть интересующееся население. Например, когда мы только открывались (год был связан с «Тавридой», это 2016), мы проводили большое количество мастер-классов, транслировали печатную графику на Дне города, выезжали на различные мероприятия. Несмотря на то, что это был крошечный вклад в развитие графики (все-таки город не маленький), я заметила, что есть народ, который посещает выставки. Но пока популяризацией графики я занимаюсь одна.

ВОПРОС: Какая гравюра популярна среди челябинских художников?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Сейчас многих челябинских художников того поколения уже нет в живых, но они любили дерево. Мы недавно со студентами рассматривали работы челябинского художника Николая Черкасова. Он начинал с линолеума, но потом перешел на ксилографию. Дерево стало любовью и для другого мастера Николая Третьякова. Его сейчас тоже в живых нет.

ВОПРОС: А картон пользуется спросом?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Да, но он, к сожалению, не считается академической техникой. Хотя в нашей стране художников, которые серьезно занимаются картонографией, не так много, тем не менее, все же есть, например, Альбина Георгиевна Акритас.

ВОПРОС: А почему эта техника не пользуется популярностью даже среди самих художников?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Потому что это трудоемко. Когда вы пишете картину, вы берете холст и краски и начинаете рисовать. А когда вы работаете с графикой, необходимо правильно подготовить эскиз, потом подготовить доску, перевести, потом награвировать и качественно напечатать. Если это несколько цветов, то их еще нужно все совместить! Но, когда получается результат, это невероятно, это очень выразительно!

ВОПРОС: Какая гравюра сегодня считается самой современной? В советских квартирах висел офорт, это было своего рода духом времени. Какая техника больше вписывается в современный дизайн?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Линогравюра. И в Европе, и в России она самая популярная. А самым дорогим остается офорт, так как он очень сложный. А линолеум доступен по цене – он не стоит больших денег — и способен украсить современную квартиру.

ВОПРОС: Что вы в основном изображаете?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Все, что угодно: и жанровые сцены, и натюрморты, и пейзажи, и портреты. Все зависит от замысла художника: будет эта серия или одиночная гравюра. Я в основном изображаю фигуры человека — предпочитаю серийные работы. Я занимаюсь проектами, как и многие современные художники.

ВОПРОС: Что это значит?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Это значит, что выставка из картин, которые были написаны в разные периоды — вчерашний день. Современные художники создают проекты на определенную тему, чаще всего остросоциальную. В выставке могут быть одновременно и графика, и объекты, и инсталляции — и все это связано одной темой. Это сложная подача, чаще всего современный художник уже работает с галереей и сразу планирует пространство. То есть когда автор выставляется раз в месяц — это несерьезно. Выставка готовится на протяжении длительного времени, например, показ проходит раз в два года.

ВОПРОС: Основная сложность, наверняка, не в технических вопросах, а в идее. Если мы говорим о проекте, то это возможность выразить ваш взгляд на ту или иную проблему…

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Да, художник — в первую очередь, философ, человек, живущий в свое время. Гравюра — это просто очередной пластический ход, но я, например, не ограничиваю себя только гравюрой. Она всегда присутствует в моих выставках наравне с другими формами.

ВОПРОС: Какая самая любимая работа среди ваших проектов?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Самый последний проект, который выставлялся в галерее «Окно» — проект о пространстве памяти. Он получился очень личным, был посвящен моим родственникам: бабушке и дедушке, отцу. Там я рассматривала тему памяти, ухода человека и целой деревни. Сейчас села постепенно вымирают, я пыталась напомнить об этом.

ВОПРОС: Вы сотрудничаете с галереей современного искусства «Окно». Можно ли назвать гравюру разновидностью современного искусства? И в чем ее современность?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Гравюра будет современна всегда, благодаря своему пластическому языку. Сейчас время графики. Живопись, на мой взгляд, к сожалению (потому что это тоже тонкое искусство), отошла на второй план. Сейчас время дизайна, к которому графика очень близка, часто при создании интерьера авторы прибегают к помощи гравюр. Поэтому в двадцать первом веке графика — один из самых современных видов искусства.

ВОПРОС: Как вы пришли к гравюре? Какая была первая техника?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Первая техника у нас в институтах — это офорт, разные его манеры. Но тогда у меня к нему не было большой любви, она появилась чуть позже. А в вузе моей специализацией была ксилография и то, потому что у меня профессор ксилограф — Герман Суфадинович Паштов — свет в окошке для Сибири, потому что он занимается там популяризацией

графического искусства. И с его подачи я влюбилась в ксилографию, но сейчас на нее у меня не хватает времени, я больше линолеумом занимаюсь.

ВОПРОС: Расскажите о планах на будущее. Что впереди, какие проекты?

Ольга ГРАЖДАНКИНА: Самый масштабный проект — это центр печатной графики в Челябинске. То есть место, где будет и научная работа, и своя маленькая библиотека, музейчик — там будет все.

 

0 0 vote
Article Rating
Войти с помощью: 
Подписаться
Уведомление о
guest
0 Комментарий
Встроенные отзывы
Посмотреть все комментарии